От Сафарова до сирийских боевиков: Террористический манифест Алиева
СОГЛАСНО ПРИНЯТОМУ ОПРЕДЕЛЕНИЮ, террор — устрашение политических противников путем физического насилия, а также угроза физической расправы по политическим или каким-либо иным мотивам либо запугивание с угрозой расправы или убийства. Терроризм — политика, основанная на систематическом применении террора. Специалисты сходятся во мнении, что лучшим определением терроризма является достижение политических, идеологических, экономических и религиозных целей насильственным путем.

Преступлением в Будапеште был дан старт карьере Алиева-террориста. Оно стало первым его кровавым мессиджем миру о намерении идти преступным путем и возведении армянофобии и геноцидальных действий в ранг государственной политики. В ходе судебного процесса убийца не только не покаялся в совершенном злодеянии – устами венгерского адвоката его хозяин и заказчик Алиев озвучил беспрецедентное заявление: «Убийство армянина не считается преступлением в Азербайджане». Тщательно подготовленное, выполненное нелюдем с особой жестокостью, демонстративно и вызывающе, будапештское преступление стало фактическим манифестом нового президента Азербайджана о том, что он берет на вооружение политику геноцида, терроризма, насилия и военной агрессии против армянского народа.

Все последовавшие после этого 17 лет были насыщены проявлениями геноцида и террора во всех сферах — от военной до информационной, достигнув чудовищной кульминации осенью прошлого года. В ходе Третьей арцахской войны эта политика в сконцентрированном виде проявлялась против арцахских армян буквально ежедневно, а регион был наводнен сирийскими боевиками-наемниками и стал очагом террористической угрозы «благодаря» усилиям Анкары и Баку. Вновь и вновь перечислять совершенные в те дни против Арцаха преступления Азербайджана вряд ли имеет смысл, отметим лишь, что если во время войны мировое сообщество выступало с осуждением этих преступлений и требовало прекратить их, то после завершения боевых действий налицо поразительное равнодушие к вопросу об ответственности и наказания Азербайджана и Турции.

И что в этом нового? Да ничего. Все эти 17 лет мир снисходительно относился к алиевской «политике, основанной на систематическом применении террора», к бесчисленным угрозам в адрес мирного населения Арцаха и практическому воплощению этих угроз даже в относительно мирные годы. Разве варварское уничтожение армянских хачкаров Старой Джуги не было преступлением, аналогичным действиям исламских радикалов в Сирии, разрушавших уникальные памятники культуры? Разве поражение армянского вертолета в ноябре 2014 года не было террористическим актом, тем более на фоне последовавшего беспрецедентного запрета на эвакуацию тел трех погибших пилотов? Разве жестокая расправа с армянскими военнопленными и заложниками не была проявлениями терроризма? Разве не стала четырехдневным терактом Апрельская война с чудовищными по жестокости убийствами и пытками, отрезанием голов в полном соответствии с традициями боевиков ИГИЛ?

ЭТО ЛИШЬ НЕСКОЛЬКО ПРИМЕРОВ из бесконечного преступного ряда. И все эти и другие виды преступлений против человечества, совершенные Азербайджаном на протяжении 17 лет правления Алиева, получили невиданный размах осенью 2020 года в ходе военной агрессии против Арцаха, в том числе и с попустительства мирового сообщества. При этом все отлично осознавали, с кем имеют дело Армения и Арцах. К примеру, Посольство США 3 октября призвало своих граждан не посещать Азербайджан из-за угрозы терроризма. В сообщении дипмиссии в Баку отмечалось, что «террористические группы в Азербайджане представляют собой долгосрочную угрозу и продолжают планировать возможные атаки».

Спустя несколько дней, 6 октября, глава Службы внешней разведки (СВР) Сергей Нарышкин прямым текстом заявил о том, что «в зоне конфликта в Нагорном Карабахе действуют террористические группировки, а в зону конфликта активно подтягиваются наемники из воюющих на Ближнем Востоке международных террористических организаций. Нарышкин при этом отметил, что речь идет о сотнях и тысячах боевиков. Позже была названа цифра – порядка 2 тысяч. О вовлечении сирийских наемников из числа радикальных исламских группировок говорили и президент Франции, и госсекретарь США, в мировых СМИ было опубликовано множество статей, подтверждающих этот факт.

Однако затем мир поступил точно так же, как в свое время с будапештским убийцей и его покровителем. Многократные заявления с осуждением преступления и дальнейшей героизации Сафарова в Азербайджане, где он был удостоен госнаград и всевозможных почестей, не привели по большому счету к изменениям политики и отношения к преступному государству и его президенту-террористу. Так и сейчас: о том, что было содеяно в отношении мирного населения Арцаха, уже никто не вспоминает – все вокруг дружно поют осанну «миру» и региональному сотрудничеству. На этом фоне Баку продолжает сыпать террористическими угрозами в адрес армянского народа и ведет ту же политику в отношении сотен пленных и заложников.

О сирийских наемниках тоже никто уже не упоминает, хотя нет никаких доказательств того, что оккупированные территории Арцаха очищены от боевиков. Нет никаких доказательств и того, что они не оставлены на территории самого Азербайджана с целью повторного использования уже в новой агрессии. Если учесть, что и в прежние годы поступали многочисленные доказательства того, что Азербайджан стал логовом для представителей различных террористических группировок, эти сомнения только усиливаются.

Разумеется, главные претензии тут следует предъявлять властям Армении, которые проявляют ту же поразительную «забывчивость» в отношении совершенных и продолжающихся преступлений Алиева и Эрдогана. Так, еще в конце ноября прошлого года сообщалось, что Генпрокуратура РА возбудила уголовное дело о финансировании терроризма, поскольку власти Турции в ходе войны обеспечили наемников-террористов деньгами, оружием и боеприпасами и помогли попасть в Азербайджан. Прошло с тех пор 2 с половиной месяца – что стало с этим делом, на какой стадии находится расследование?

ЧТО СТАЛО С ДВУМЯ СИРИЙСКИМИ боевиками, взятыми в плен армянской стороной, насколько достоверны слухи о том, что их вернули Азербайджану? Почему обвинения в адрес террористической политики Алиева, продолжающейся на информационном поле, в вопросе пленных, а также уже в отношении граждан РА в Сюникском районе, озвучиваются исключительно только Омбудсменом РА и лишь изредка и отрывочно – МИД Армении?

Это вопросы сегодняшней, актуальнейшей повестки армянского государства, непосредственно связанные с проблемой экзистенциального значения для нашего народа. Но начиналось все то, что связано с именем Ильхама Алиева и его преступной политикой, именно 17 лет назад, в Будапеште, с леденящего кровь убийства 26-летнего армянского офицера Гургена Маргаряна. Разумеется, содеянное Алиевым за эти годы стало логическим продолжением геноцидальной политики Азербайджана и Турции в целом. Но будапештский набат – самый сильный и знаковый после Первой войны, мы, увы, так и не услышали и не восприняли должным образом.

Мы так и не извлекли уроков, не скорректировали собственную политику, не осознали опасности в полной мере и не подготовились к противостоянию террористической угрозе – ни на внутренней, ни на внешней арене. За что и поплатились потерей Родины, тысяч жизней и всего того кошмара, что случился за 44 дня войны и продолжается до сих пор. И конца ему пока не видно.