Турецко-азербайджанская интеграция: Против России, Армении, Арцаха

— Да, военно-политический союз между Турцией и Азербайджаном — уже состоявшийся факт. И этот союз имеет тенденцию к углублению. На мой взгляд, Шушинская декларация означает начало процесса создания союзного государства.

— Именно. Фактически идет процесс глубокой интеграции между Турцией и Азербайджаном — конечно, во главе с Турцией. Причем сам по себе процесс затрагивает не только эти два тюркоязычных государства, но и имеет довольно сильный пантюркистский контекст. Неспроста в Шушинской декларации содержатся пантюркистские положения. Инициируя столь тесный интеграционный процесс с Азербайджаном, Турция показывает другим тюркоязычным народам свой путь интеграции в некое масштабное тюркоязычное сообщество. Кроме того, Шушинская декларация имеет некое символическое значение, она показывает, что Турция вступает в новую фазу распространения своего влияния в регионе Южного Кавказа. Начинается новая фаза, направленная в том числе явно против России. Против Арцаха и Армении — очевидно, но и против России. Потому что усиление влияния Турции в регионе Южного Кавказа происходит за счет уменьшения влияния России. Это как два сообщающихся сосуда.

— На данном этапе интеграции противоречия, о которых вы сказали, сглаживаются. Думаю, это связано с тем, что Азербайджан одержал военную победу в последней Арцахской войне с помощью Турции, используя турецкое вооружение и т.д. Турция использует это обстоятельство для того, чтобы еще больше усилить свое влияние в Азербайджане. У меня создается впечатление, что (пока во всяком случае) Турция стопроцентно не руководит Азербайджаном. Все-таки Азербайджан — государство, верхушка которого во главе с Ильхамом Алиевым связана с Россией. Здесь, конечно, играет свою роль и фактор многочисленной азербайджанской диаспоры в России — довольно влиятельной и имеющей связи с российскими политическими кругами.

Кстати, в Шушинской декларации есть пункт, на который многие не обращают внимания. Речь о том, что турецкая и азербайджанская диаспоры будут сотрудничать. И тут главным является как раз-таки идея сотрудничества турок с азербайджанской общиной в России, которая, как я уже сказал, весьма влиятельна в политическом смысле и имеет хорошие связи с российскими политическим кругами. Впервые за всю историю турецко-российских отношений Турция получает возможность более или менее близко соприкасаться с политической властью России через азербайджанскую диаспору.

— Да. И, конечно, Турция будет использовать этот инструмент настолько широко, насколько сможет это сделать, добиваясь через азербайджанскую общину непосредственного контакта с политическими кругами РФ. Это новое явление, очень опасное для нас, потому что понятно, что эта деятельность будет направлена в первую очередь против нас.

— В свое время я делал выводы на основе газетных сообщений , кулуарных заявлений представителей турецкого политического истеблишмента. Но впервые после подписания Шушинской декларации на самом высоком уровне турецкое руководство сообщило, что собирается основывать военную базу. Да, то, о чем мы говорили много лет, стало реальностью. Здесь есть и другие особенности. В заявлении речь не идет конкретно о базе в Нахиджеване. Так что я не исключаю, что турецкие военные базы будут создаваться не только в Нахиджеване. Много пишется и говорится о возможности создания турецкой базы на берегу Каспийского моря, с тем чтобы Турция имела возможность как-то влиять на процессы в Каспийском море. Для нее это важный водный бассейн плюс возможность связываться уже с Центральноазиатскими республиками. Это раз. Во-вторых, я обратил внимание на слова Эрдогана о том, что вопрос базы будет согласовываться между Азербайджаном и Россией.

— Это очевидно. Понятно, что, так или иначе, а турецкая база или базы в первую очередь будут направлены против России. Конечно, Россия данный факт воспримет с неудовольствием. И поэтому миссию согласовывать этот вопрос с Россией Эрдоган оставляет Алиеву, чтобы тот использовал свои московские связи. Очевидно, это будет нелегкий процесс. Между тем я не уверен, что, даже если не будет получено согласие России, Турция свернет проект. Она, так или иначе, будет стремиться реализовать проект создания военных баз на территории Азербайджана. Исходя из особенностей сегодняшней турецкой политики, агрессивной в отношении регионов, чувствительных для России (Украина, Донбасс, Крым) видно, что Турция ведет себя явно не так, как это было бы приятно видеть Москве.

— Конечно, все это очень опасно для нас. Несмотря на то что и Турция, и Азербайджан твердят, дескать, в регионе появилась возможность установления мира и стабильности, политика этих стран явно не способствует ни стабильности, ни миру. А, наоборот, повышает степень напряженности на Южном Кавказе. Нам, конечно, нужно очень тщательно анализировать происходящие процессы, причем в тесном сотрудничестве с российскими коллегами, ибо происходящее представляет опасность и для России. Что же касается армянского внешнеполитического вектора, нам, конечно, в первую очередь надо восстанавливать свою деятельность в международных делах, а это означает восстановление армии, системы безопасности и т.д. В долгосрочной же перспективе я сторонник того, чтобы наша внешняя политика отвечала новейшим тенденциям в теории международных отношений, ведущим к большему использованию ценностного фактора, цивилизационных связей. Мы должны акцентировать тот вклад, который мы внесли в мировую цивилизацию, акцентировать созданную нами оригинальную цивилизацию, культурные ценности, создаваемые армянами на протяжении тысячелетий. Все это надо использовать в полной мере, чтобы добиться большей узнаваемости Армении на мировой политической арене.