Южный Кавказ - Клубок противоречий
ПО СЛОВАМ А.КРЫЛОВА, 44-ДНЕВНАЯ ВОЙНА ПРОТИВ КАРАБАХА радикальным образом изменила ситуацию на Южном Кавказе. «После войны усилились позиции Азербайджана, в регионе значительно возросло влияние Турции, — отмечает эксперт. — Принятие специального меморандума парламентом Турции законодательно оформило и сделало долговременным турецкое военное присутствие на территории Азербайджана. Однако турецким военным не был предоставлен статус миротворческого контингента в зоне конфликта (как того первоначально добивались Анкара и Баку), их роль была ограничена функциями наблюдателей в совместном Российско-турецком мониторинговом центре контроля за прекращением огня в Нагорном Карабахе, который расположен в перешедшем под азербайджанский контроль Агдаме».

Что касается безопасности НКР, то обеспечивается она теперь не силовыми структурами Армении или Арцаха, а российскими миротворцами. «Анкара и Баку заявили об окончании конфликта путем возврата спорной территории под контроль Баку, однако сопредседатели МГ ОБСЕ высказались за дальнейшее обсуждение карабахской проблемы и подчеркнули «необходимость уделить особое внимание достижению окончательного, всеобъемлющего и устойчивого урегулирования на основе известных сторонам элементов и принципов», — сказал Крылов.

В контексте поиска взаимоприемлемых подходов к решению наиболее болезненных проблем в отношениях Армении с Азербайджаном и Турцией Крылов констатировал, что на ситуацию продолжает оказывать влияние множество глобальных и региональных факторов, которые имеют противоречивый характер и делают будущие перспективы развития на Южном Кавказе непредсказуемыми.

«При этом очевидно, что чем напряженнее будет международная ситуация и отношения России с США и коллективным Западом, тем сложнее будет стабилизировать ситуацию на Южном Кавказе и тем выше будет вероятность начала новых войн и конфликтов, — отметил А.Крылов. — Тенденции развития в регионе имеют противоречивый и разнонаправленный характер. Грузия последовательно проводит курс на интеграцию с ЕС и НАТО, ее руководство готово оплачивать этот курс не только делегированием своего суверенитета администрации США, но и большими социально-экономическими проблемами из-за осложнения экономических связей с Россией. Азербайджан следует лозунгу «Одна нация — два государства», стремится к тесной интеграции с Турцией. Возникает вопрос: насколько далеко может зайти эта интеграция и может ли стать вероятной перспектива перехода к лозунгу «Одна нация — одно государство» и как это повлияет на ситуацию в регионе? Армения проводит курс на тесный союз с Россией и всемерное развитие отношений с коллективным Западом. Очевидно, что после 44-дневной войны в Карабахе этот курс требует корректирования, имеется необходимость выработки новой концепции внешней политики на основе критического переосмысления всего опыта постсоветского развития страны».

ПО СЛОВАМ КРЫЛОВА, РОССИЙСКОЕ РУКОВОДСТВО МНОГО РАЗ подчеркивало, что рассматривает решение социально-экономических проблем в зоне конфликта, разблокирование путей сообщения, восстановление экономических связей и т.п. как основу нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией. В случае успеха это действительно могло бы открыть перспективу более успешного развития всего Южного Кавказа.

«Однако есть две проблемы, без решения которых сложно представить подобную успешную реабилитацию региона, — заявил А.Крылов. — Первая: взаимоисключающие подходы к проблеме признания Геноцида армян со стороны Армении и Азербайджана — Турции. Вторая: взаимоисключающие подходы к проблеме статуса НКР, которая считается уже решенной в Баку и Анкаре, но не считается таковой в Ереване, а также странами — сопредседателями МГ ОБСЕ. Есть ли возможность снять базовые противоречия между Арменией и Азербайджаном — Турцией? В Армении и в диаспоре есть эксперты и политики, которые высказываются за отказ от дипломатического курса на официальное признание Геноцида Турцией и за отказ от активного участия в карабахских делах. Очевидно, что пока эти взгляды в Армении разделяются немногими».

Что касается процесса делимитации границ, то он вызвал многочисленные проблемы, уровень напряженности на армяно-азербайджанской границе не спадает и заметных усилий сторон в плане уменьшения взаимной враждебности пока не наблюдается, констатирует Крылов.

«Это приводит к выводу, что ноябрьское 2020 года трехстороннее соглашение может не стать основой долговременного мира и стабилизации ситуации, а превратиться в передышку перед очередной войной с непредсказуемыми для региона последствиями. Будущее региона зависит от политики внешних игроков и от того, смогут ли нынешние руководители стран Южного Кавказа найти мирные пути регионального развития. В противном случае мирные передышки будут чередоваться с новыми войнами, и велика вероятность, что все больше граждан государств Южного Кавказа предпочтут искать свое благополучное будущее не в национальных государствах, а за их границами», — заключил Александр Крылов.